Libelle 2
Запасной аэродром
Автор: *Libelle*
Фанфикшн по фильму «Чёрная молния» (2010 год)
Часть I
Алмазы на Рождество

Пролог

Зима 2004 года.
– Скорость бурения две тысячи оборотов! – произнёс инженер, следящий за компьютером, контролирующим вращение бура.
– Контакт с алмазным слоем через десять метров, – отчитался другой инженер с противоположной стороны и начал отсчёт, – Пять, четыре, три, два…
Тут центр управления, отделённый от гигантской буровой установки высокими прочными стёклами, сильно затрясло. Вверху закачались на своих проводах лампы под металлическими воронкообразными абажурами. На одном из расположенных полукругом мониторов с изображением карты Москвы зловеще поплыли белые круги и замигали ярко-рыжие полоски, выскочило красное предупреждающее сообщение. Один из инженеров – пожилой и уже совсем седой, но ещё очень энергичный мужчина в очках и с аккуратной белой бородкой – встал со своего места и с тревожным вниманием взглянул на экран. Это был учёный геофизик и сейсмолог профессор Нефёдов.
– Повышается сейсмическая активность! – констатировал он и, резким движением сорвав с носа очки, кинулся к сидящему по центру человеку, одетому, в отличие от остальных, не в белый халат, а в серый деловой костюм с красным галстуком, – Я Вас предупреждал, Виктор Александрович! Это же геологический фундамент города! Если он треснет…
– Алмазы будут моими, – прошептал тот, не отрывая напряжённого взора от экрана перед собой, где отображалась виртуальная модель того, что сейчас происходило глубоко под землёй.
Этот человек был Виктор Александрович Купцов, владелец нескольких алмазных месторождений и один из самых, если не самый богатый человек в России. Всё, что происходило здесь сейчас, было его затеей, и последнее слово всегда оставалось за ним.
– Феликс! – в поисках поддержки Нефёдов обернулся к стоявшему неподалёку человеку лет шестидесяти, опиравшемуся на трость, – Что же ты молчишь?! Ведь через час город провалится!
Но Феликс Дворжецкий даже не пошевелился, только сердито сверкнул на него своими пронзительно-голубыми глазами, которые в сочетании с чёрными с проседью волосами и бородой придавали ему какой-то зловеще-мистический, почти распутинский вид.
Центр управления продолжало трясти.
– Прекратить бурение! ¬– попытался приказать Нефёдов, наивно полагая, что остальные инженеры, коих здесь было ещё человек семь, его поддержат.
Но его никто не послушал, все только опасливо переглянулись между собой. И стоило Купцову слегка дёрнуть головой в сторону, как профессора уже схватили двое его дюжих охранников в чёрном и потащили к выходу. Железная дверь за ними захлопнулась, и стихли бессмысленные протесты Нефёдова: «Что вы делаете?! Вы не смеете!».
– Продолжаем бурение! – приказал Феликс, осторожно шагнул к миллиардеру и встал за его спиной.
Бур всё с большим усилием вгрызался в земную кору, по данным компьютера скорость его вращения начала резко снижаться. Неприятно резанула слух включившаяся сирена.
– Скорость бурения падает! – крикнул кто-то.
– Не хватает мощности, – прошептал Феликс, наклонившись к Купцову.
– Включайте всё, что есть! – с нетерпением в голосе приказал миллиардер и привстал с места, чтобы видеть не только изображение на своём мониторе, но и то, что происходило за стеклом, в самой буровой.
– Запуск реактивных блоков! – скомандовал Дворжецкий.
– Есть запуск реактивных блоков! – молодой инженер щёлкнул красным переключателем на боковой панели управления.
Купцов нервно переводил взгляд с экрана на бур, с бура на экран.
– Скорость продолжает падать!
Он и сам это видел – как уменьшалась цифра на экране: 1200 оборотов, 1100, 800, 600… Щека Купцова дёрнулась, будто он почувствовал внезапную боль. Может, он и впрямь её почувствовал – всё-таки миллиардер был уже не так молод – 40 лет, да ещё такое нервное напряжение.
Бур сделал последние пару вращений и застрял. «Полная остановка» – сообщила надпись на экране.
– Полная остановка, – повторил кто-то из инженеров.
Виктор Александрович медленно выпрямился, глубоко вдохнул, развернулся и, не говоря ни слова, направился к выходу. Казалось, он едва сдерживает себя, чтобы не впасть в приступ гнева или истерики. И всё-таки Феликс рискнул увязаться за ним. Прихрамывая и постукивая тростью по железному полу, он догнал его на лестнице, ведущей к лифту и начал что-то быстро шёпотом говорить.
На верхней площадке их встретил помощник и главный поверенный Купцова Борис Иванович, высокий худощавый мужчина лет 35-ти с тёмными, чуть вьющимися короткими волосами и по-детски грустными, немного испуганными глазами.
– Виктор Александрович… – Борис уже знал о неудаче, поэтому обратился к шефу крайне нерешительно, готовый сразу же замолчать, если тому сейчас не до него.
Но Купцов остановился и вопросительно посмотрел на своего подчинённого. Он уже не выглядел таким напряжённым, мелкие морщинки на лице разгладились, а взгляд стал если не доброжелательным, то, по крайней мере, спокойным. Видимо, то, что рассказал Дворжецкий, его порадовало.
– Виктор Александрович, – снова заговорил Борис, – А что нам делать с Нефёдовым?
Купцов задумался на несколько секунд, потом пожал плечами и сказал:
– Припугните его и отправьте туда, откуда пришёл.
– А… Но… – попробовал было что-то возразить Феликс, всё это время стоявший рядом с шефом.
– А вы займитесь своим делом, Феликс Петрович. Найдите мне эту лабораторию! – обернувшись к нему, сказал Купцов, а затем снова посмотрел на Бориса, – Ты меня понял, Боря?
– Да, Виктор Александрович.
– Тогда свободны. Оба. – отрезал Купцов и шагнул в раскрывшийся лифт.
Феликс мельком взглянул на Бориса, развернулся и поковылял вниз, обратно в центр управления.
А Борис вызвал лифт и поднялся на несколько этажей вверх, к офису, где держали профессора Нефёдова. Войдя внутрь, он велел двоим охранникам выйти за дверь, а сам подошёл к учёному. Нефёдов сидел, понурив голову, в потрёпанном кресле, среди беспорядка, какой обычно царит в ещё недостроенном и толком никем не занимаемом здании.
– Значит так, Егор Семёнович, – властно, совсем не так, как при хозяине, заговорил Борис, – Слушайте меня внимательно: сейчас мы выведем вас с объекта, довезём до вокзала, там сядете на электричку, поедете в свою деревню и будете сидеть там тихо, как мышь до скончания своих дней! Ясно?
– Виктор Александрович не ведает, что творит, – упрямо стал повторять своё Нефёдов, – Ведь это же геологический фундамент Москвы, это миллионы жизней!
Борис тихо вздохнул, то ли от упрямства профессора, то ли от нежелания угрожать ему в открытой форме.
– У тебя семья есть? – спросил он, наконец, сменяя уважительный тон на фамильярный, даже грубый, – Знаю, что есть. Сын, жена его, внучка… Вот о них лучше подумай! Понял намёк?
Нефёдов поднял на него грустные, обречённые глаза.
– Понял, я спрашиваю?
– Понял, – ответил профессор. Что было делать? Не ему тягаться с такими людьми, как Купцов. Что толку взывать к совести того, у кого её и в помине нет, кто растопчет любого, вставшего у него на пути? А просить кого-то о помощи, обращаться во властные структуры… Кого? К кому? У Купцова давно все куплены. Можно бы было ещё рискнуть своей жизнью, но рисковать любимыми людьми – нет, продажная Москва этого не стоит!
– Пошли, – сказал Борис и тронул профессора за плечо.
За дверью ждали те двое охранников. Обращаясь к ним, Борис сказал:
– Отвезёте его на вокзал и проследите, чтобы сел на электричку. Отзвонитесь мне, потом до завтра свободны.
С тем поверенный Купцова их покинул.

@темы: чёрная молния, фанфик, незаконченный, набросок, алмазы на рождество